Жиза

За две недели Волк переделал Свалку так, что через месяц ребята отдали все долги

Алексей Баринский,
основатель проекта «Свалка»

Я бы этого никогда не сделал, никогда бы к этому не пришел, если бы не Женя Волк — это факт. Я пришел к решению, что я не в состоянии что-либо сделать сразу по нескольким причинам. Во-первых, это моя детка. Понимаешь, каждого сотрудника я нанимал, это мои люди, я с ними по году работаю, не знаю, долго работаю. Эти стены — это не просто рисуночки. Это моя подруга Лена, художница, разрисовывала здесь ночами. И я не способен на эти изменения, потому что у меня очень много личного. Я не готов взять и закрасить стену.

А Жене до фонаря. Меньше всего ему интересно, насколько я уникальная снежинка и насколько много каких-то артефактов моего розового прошлого меня окружает. Он просто приходит и делает. У меня прям созрел запрос. Мы с женой Ирой об этом говорили, что следующие изменения сделает человек со стороны, мы не в состоянии их сделать.

Внешние факторы на нас почти не влияли. То есть фидбек в целом был негативный — это правда. Потому что много чего ещё было не доделано, мы были в процессе улучшений, поэтому мы понимали, что мы в какой-то момент сделаем. Поэтому нет, это на нас практически не влияло. А вот внутреннее ощущение, которое ты хотел бы получать от своего бизнеса, места работы и так далее — вот это скорее задиктовало, что нет, это не то, я промахнулся. У нас была объективная, наверное, причина. Потому что мы вдвоем пытались сделать работу шестерых. Малореально сделать её клево по всем фронтам. И конечно, мы не дотягивали много где. Это исключительно внутреннее. Нам это нужно было гораздо больше, чем кому бы то ни было.

Евгений Волк,
предприниматель

Пару лет назад прочитал офигенную статью про Свалку. Я обкусал все свои локти, завидуя, что этот проект придумал не я. Абсолютно банальная, простая и понятная идея. И мне было жутко завидно, что этот проект придумал не я. И как-то это всё подзабылось до того момента, пока мои проекты и проект «Свалка» не оказались на одной территории. Так мы познакомились с Алексеем и Ириной. И я смотрел, какой классный проект теперь ещё и рядом со мной находится. Но некоторое время спустя Алексеей и Ирина посмотрели, как я делаю свои проекты. Они посмотрели, как у них обстоят дела с их проектом и сказали: «Евгений!». На самом деле всё было грустно и печально. Но у меня уже плохое не откладывается. Ребята сказали, что они сваливают в отпуск, и отдали мне ключи от Свалки на две недели. И сказали: «Делай со свалкой всё, что захочешь».

Я принял буквально фразу «делай всё, что угодно». Туда входил: снос стен, увольнение сотрудников, найм новых сотрудников. Чем я, собственно, и занялся за четыре дня до приезда ребят. Мне хотелось их очень сильно удивить и сделать очень эффектной саму Свалку. Проект очень крутой, но, к сожалению, он оброс лишними элементами. Местами не теми сотрудниками и неправильными решениями. Я своим свежим взглядом, не привязываясь к сотрудникам, видел, что так, что не так. И, не спрашивая никого, просто принимал решения. Теперь мы пройдемся по Свалке и покажем, во что она превратилась.

Второго первого впечатления не бывает и поэтому когда гость заходит в пространство, он сразу должен понять, нравится оно ему или нет. Поэтому очень важно, что он увидит в первые секунды. А это входная группа и входная зона. Это не только физически стоящие объекты, но и продавцы, которые приветствуют, прощаются и наполняют атмосферой всё пространство. Поэтому мы полностью перекроили центральный вход, убрав отсюда стеллажи. Здесь раньше были прям стеллажи, столы. И переместили сюда кассиров, зону выдачи. Раньше она была в самом дальнем углу и её от входа не было видно вообще. То есть продавцы, сидя там, даже не знали, что тут происходит. Им нужно было напрячься, посмотреть, кто зашел и кто с чем вышел.
Поэтому главная центральная часть у нас — это входная группа с приветствующими гостей классными продавцами-консультантами.

Свалка — это магазин. Любой магазин делает деньги на товаре. Раньше у нас на Свалке весь товар лежал горой и продавались только верхние слои товара. Мы все эти горы разобрали и аккуратно развесили. У нас сейчас такая развеска, что можно вещь вытащить, посмотреть. А не выдергивать, как это было раньше, когда вещи были утрамбованы. Мы разделили зал на несколько зон. Отдельно сделали сезонные вещи, сгруппировали обувь, сумки. Отдельно вынесли технику. Сделали всё, чтобы Свалка была больше похожа на торговый зал.

Раньше на первом этаже Свалки был массмаркет, сломанная техника, рабочая техника. В общем, всяческое, как ребята называли, барахло. У Свалки — два этажа. И на первый этаж заходили туристы, которые пугались барахла. И разворачивались, уходили, даже не зная, что на втором этаже куча классного стафа советского, сувениров, вещей брендовых. Мы поменяли этажи местами. Все вещи с первого этажа переместили наверх. А со второго, соответственно, разместили тут. И обратите внимание, все эти вещи на втором этаже размещались на территории в 30 квадратных метров. То есть это было утрамбовано. Сейчас на первом этаже это всё с комфортом развешано. Сейчас гости, туристы, заходят и видят как можно больше вещей. Потому что это магазин, и нужно продавать, а не прятать вещи от клиентов и посетителей. И это сработало. Количество продаваемых вещей увеличилось.

Каждый день на Свалку привозят очень много вещей. И тут есть склад. Если раньше сотрудники склада были заперты в отдельном обособленном помещении за стеной, изредка выходя в зал, то я решил, что они должны быть причастны к торговой и зоне. Это как в кафе и ресторанах, когда ты видишь кухню, а кухня видит, для кого они готовят. И я решил нафиг снести стену, которая отделяла склад от торговой части. И так, соответственно, у ребят появилось больше места для фасовки и сортировки, уменьшилось количество пыли, и сотрудники видят, для кого они стараются. Это первый пункт. Второй пункт: все гости, подходя сюда, видят, сколько ещё вещей предстоит увидеть в будущем, что это склад. А также вещи, которые ещё не успели выйти на рейлы в зал. Имеется возможность прямо сейчас сразу все посмотреть до того, как оно уйдет в зал. То есть новинки Свалки.

Двухэтажная Свалка — это более пятисот квадратных метров площади. Но под всеми этими завалами даже сотрудники не подозревали, что у них столько пространства. Но мне показалось, что и этого маловато. И если вот здесь раньше была кассовая зона, где сотрудники прятались в тени. Я решил снести стену. На этом месте у нас сейчас крутая кофейня, мы её открыли буквально вот-вот.

На самом деле первое, что я сделал, когда приступил к работе, я замуровал туалет. В прямом смысле слова замуровал туалет. И покажу, как сейчас выглядит бывший вход в него. Тут раньше выстраивалась очередь.
Вход в туалет теперь снаружи. И теперь запах туалета — проблема администрации Вернисажа, а не Свалки. Пойдемте на второй этаж.

Здесь раньше была битая плитка. Крашенная в разный цвет, она была где-то отколотая, где-то целиком. Я решил её всю снять и закрасить в ровный аккуратный цвет. Мне нравится, что у Свалки такой безбашенный стиль. Но моя задача была — чуть-чуть сбавить градус этого трешачка. Чтобы здесь была чистота в воздухе, но при этом драйв в атмосфере и в декорациях.

Второй этаж — это как раз теперь массмаркет, техника, оборудование, книги и разные полезные безделушки. На этом этаже мы точно так же перекроили все. Мы переставили и логично зонировали пространство. И если, например, вот это уголок творческий — здесь всё про шитье, то рядом мы положили книги про рукоделие. Раньше книги все стояли в одной стене. И даже если ты шьешь, то никогда бы к ним не подошел. То есть мы как можно больше предметов выкладываем под руку целевой аудитории, которая это все теперь начала покупать активнее.

Теперь на втором этаже появился воздух. Раньше вещи висели в два яруса и не было видно насквозь, что здесь происходит за ним. Если раньше висело два рейла, вокруг которого ты прошел и, собственно, на этаже больше делать нечего, то теперь их очень много. Поднявшись на второй этаж, люди здесь пропадают минимум на 30-40 минут. Некоторые спускаются спустя два часа. Покажу, почему так происходит. Мы теперь сделали развеску, которая завлекает людей изучать вещи, как в лабиринте. То есть они ходят по лабиринту. На одних и тех же квадратных метрах мы увеличили путь человека до 30-40 минут нахождения на этаже. Пойдемте за мной. Как мы решаем, например, вопрос с обувью. Её очень много на Свалку приезжает. И раньше это была гора обуви. Теперь всю обувь мы аккуратно разложили по стеллажам под висящую одежду. И её удобно теперь выбирать. Смелей. Такой лабиринтик, пройдемся еще раз.

Хоп — ещё лабиринт. И точно так же мы, как и на первом этаже, впервые на Свалке сделали развеску по категориям. Теперь у нас футболки висят с футболками, брюки висят с брюками, а не перемешаны в кашу. И это тоже увеличивает чек и количество продаж. Мы сделали отдельно детский уголок и рассортировали детские игрушки — выбросили весь хлам, оставили классные игрушки. И теперь детишки здесь остаются точно так же на 30 минут, пока их родители ходят по этажу. Все крупные игрушки выставили.

И на этом этаже мы тоже добавили дополнительных несколько квадратных метров, чем я удивил Алексея и Иру — они даже не знали, что у них столько площади. Вот тут раньше за ширмой был склад с таким великолепным окном. Тут был склад и хранилось очень много непонятных вещей. В том плане, что, почему они там вообще хранятся? Это предметы, которые надо продавать. Мы начали все это разбирать, нашли очень крутые, классные вещи и спустили их на первый этаж. Их сразу начали покупать. Помимо этого мы нашли кучу всякого хлама, плесневелого хлеба, фантиков, то есть тут вообще никто не прибирался даже. Вот на территории такой огромной, за которую платится аренда! Мы все это расчистили и добавили это к основному залу. И прорубили дверь. И на второй этаж теперь можно подняться, как на левую, так и на правую часть пройти.

На втором этаже Свалки есть кабинет руководства, администрации. То есть от этой стены до той стены. Но он был слишком велик. Я его решил уменьшить до сих пор и сделать примерочные с той стороны. Потому что на этом этаже была одна примерочная на триста квадратов. И если вход в кабинет был с той стороны, а мы тут отрезали кусок и сделали дверь — вход в администрацию Свалки. Проходите, милости просим. Знакомьтесь с операционным директором Сергеем, который сейчас сильно занят и зол, что его отвлекают. Сделай злое лицо!
— Не знаю, я злее не умею, но я зол.
Это рабочее место моё, это Сергея. Время от времени здесь появляется Ира, Лёша. И этого пространства достаточно.

Самая первая задача — увеличить чек, прибыль, выручку и разгрузить продавцов. Например, раньше на Свалке ни на одной вещи не было цены. То есть не было ценников вообще. И продавцы были загружены только тем, что… «триста! а это по чем? четыреста!» — то есть они просто были загружены подбегая и объясняя, что почём. Не каждый посетитель спросит цену. Он, может быть, и увидит товар. Но сам её придумает и себя отговорит — поставит на место. Это плохо. Мы проценили все вещи. На втором этаже теперь все категории имеют цену.

На этих двух этажах до Свалки был бордель. Казино, стрип-клуб, душевые кабинки — все дела. Обратите внимание на эту длинную прекрасную стену, в которой девять окон. Борделю окна не нужны. И предыдущие арендаторы их замуровали. Я их начал вскрывать один за другим, чтобы на этаже стало ещё больше света.

Большую часть по магазину мы уже сделали. Конечно, нам ещё предстоит где-то вскрыть стены, где-то сделать новую лестницу, перекрасить что-то заново. Но это лишь маленькая часть работы над проектом «Свалка». Свалка — это не только два этажа магазина. Сейчас мы работаем над интернет-магазином, контакт-центром, рекламной кампанией, соцсетями. На самом деле, ещё пока даже конца и края всему этому не видно.

Алексей Баринский,
основатель проекта «Свалка»

Это точно не то, что я строил. У меня с этим вообще нет проблем. То есть у меня нет проблем с тем, чтобы поделиться ощущением причастности, или как это назвать. Я никогда к этому не относился как к своему бизнесу, что это прям мой. Потому что его делали всегда десятки разных людей. И в этом смысле здесь каждый из них оставил кучу всего. Женя, конечно, оставил больше других. Ноль проблем просто.

По какому-то говноканалу, типа, где все время людей режут, там была с утра в субботу передача или в воскресенье, где плохую квартиру превращают в хорошую. Вот у меня было полное ощущение, что я в этом передаче. То есть Женя такой: а вот здесь теперь у вас вот это. И мы с Иркой такие: «Ааааа!» Очень необычное ощущение, ни разу у меня такого не было, честно. Обычно ты из отпуска возвращается, и ты прям понимаешь, ещё летя в самолете, сколько у тебя непрочитанных писем, какое количество тебе предстоит всего.
Всё не так. Полное ощущение белой магии. При этом, я думаю, что у Жени как раз было ощущение черной магии. Потому что он здесь как дачник в огороде простоял, не скажу чем кверху, целую неделю. Но было очень круто.

Изначально мы договаривались на определенный этап работы периодом в полгода — два месяца активной работы и ещё четыре месяца авторского контроля. Но через неделю стало понятно, что этот чувак просто нереальный. Он нереальный не потому что он умеет что-то, что не умеют другие. А он нереальный потому, что он одновременно умеет и не ссыт. Во-первых, это пипец какое редкое сочетание, на самом деле. А во-вторых, мы можем с ним потратить пять минут на обсуждение, и это будет полновкусная встреча, которая часовую заменяет. Мы очень хорошо друг друга понимаем, и очень хорошо синхронизированы. Набор ценностей похож и так далее — всё, что позволяет тебе двигаться быстрее. Поэтому, конечно, я буду стараться сделать так, чтобы у него была доля в моем проекте.

Когда мы только переехали, было чудовищно тяжело, прямо невыносимо тяжело, мы еле-еле оплатили расходы. На второй месяц мы, наоборот, что-то неожиданно заработали, так что даже расслабились немного. И с третьего по шестой — это был ад. Просто еле-еле мы вывозили. Было очень тяжело. Во-первых, конечно, достаточно большая площадь, а это достаточно большие расходы во всем. И в эксплуатации, и в ремонте, в том, чтобы наводить здесь порядок, раскладывать. Ну, огромный. Что я тебе рассказываю, ты все знаешь. И мы просто офигели от того, какие это расходы. То есть нас это чуть не убило. Потому что было несколько месяцев подряд, когда мы заканчивали с серьезными минусами. Серьезные минуса, я имею в виду, например, минус 250. Это много для нас. Поэтому если говорить про бабло, то я считаю, что это самая большая победа новой команды — туда не только Женя входит на самом деле. Она заключается в том, что все долги, которые мы успели накопить за это время, мы погасили за один месяц. Это гигантское чудо. У меня просто с плеч упала огромная, знаешь, такая фигня, которая просто жизнь портит. Все вокруг цивилизованные люди и готовы подождать, и всё нормально, но это просто ужас. Я таскал этот долг с собой везде. И да, мы рассчитались по всем долгам. Это, наверное, самая большая и самая серьезная победа. Потому что когда у тебя забирают это, ты хоть думать можешь.

Мы в прошлом месяце закрыли его 2090 с чем-то. У нас не было чистой прибыли, потому что мы закрывали долги, как я говорил. Мы оплачивали новую команду и так далее. Но вот ровно эти долги и новая команда — это та экстра, которую ребята заработали. То есть если в чистых деньгах говорить, то они принесли где-то плюс шестьсот. Это дофига. Это больше 30%, наверное.

Беседовала Анна Лобанова.

Подпишитесь, чтобы получать статьи на почту.
Cпасибо за подписку!